Культура и социальные институты

   Социальные институты,  как  важнейшие  элементы  структуры  общества всегда опираются на  определенные культурные значения, ценности и нормы. Это "культурное измерение" социальных институтов  очевидно и отмечается многими исследователями, как отечественными, так и зарубежными. С.Фролов (Фролов С.С. Основы социологии. М.,1997. С.152.), описывая характеристики социальных институтов, подчеркивает важность особой "идеологии" для их существования. П.Бергер и Б.Бергер (Бергер П., Бергер Б. Социология: биографический подход // Бергер П.. Бергер Б., Коллинз Р. Личностно-ориентированная социология. М., 2004. С.101.)  говорят об их "моральном авторитете".  Институты регулируют поведение людей посредством определенных правил, ценностей и норм, но и сами  являют собой "объективации" определенных культурных значений.
   Что представляет собой, например, институт собственности? Воплощенное в социальном взаимодействии, и в этом смысле объективированное,  представление людей об особом отношении индивида  или группы к какому-либо вещественному и невещественному объекту. Отношение к собственности, понимание  сущности этого феномена является  культурно обусловленным. Например,  тезис  о  священности  и  неприкосновенности частной собственности представляет собой социальный и культурный продукт  развития европейской рыночной экономики, особого исторического пути становления современного предпринимательства.  Представление  о  священности  и  неприкосновенности частной собственности в российской культуре, прошедшей иной путь исторического развития, не имеет характера самоочевидности. И это – одно из препятствий на трудном пути российской экономической модернизации. Попытка перенести на иную культурную почву лишь систему отношений, без их смыслового содержания успешной быть не может. Но едва ли возможно заставить людей внутренне принять непривычные и неочевидные для них культурные смыслы.
   Тесно связанное с понятием собственности понятие богатства тоже обладает культурной спецификой. Сошлемся на яркий пример, приводимый известным психологом А. Маслоу, изучавшим жизнь одного из племен американских индейцев. Исследователь пишет: "Я вспоминаю свое замешательство, когда  впервые оказался в этом племени и попытался понять, кто же у них самый богатый человек. Я был крайне удивлен, когда мне назвали человека, который на самом деле ничего не имел. Я спросил о том же самом у белого секретаря резервации, и он назвал мне человека, имени которого не назвал никто из индейцев, человека, у которого было больше всего лошадей. Но индейцы на мои расспросы о Джимми МакХуге и его лошадях только презрительно пожали плечами. "Да, у него много лошадей", ответили они; у них и в мыслях не было счесть его богатым. С их точки зрения "богатым" был их вождь, Белая Голова, хотя у него не было лошадей. Каким же образом оценивалось богатство и добродетель в этом племени? Мужчины, которые с помощью принятых ритуалов проявляли щедрость, вызывали восхищение и уважение соплеменников … .  …Если бы наш образец щедрости, вождь Белая Голова наткнулся на золотую жилу или нашел гору какого-нибудь добра, он осчастливил бы все свое племя" (Маслоу А. Синергизм в обществе и человеке//Маслоу А. Дальние пределы человеческой психики. СПб.,1997. С.216.).
   В этом племени, как и во многих других "примитивных" обществах существовал обычай, при котором человек, накопивший какие-то блага, делился ими с соплеменниками, "одаривал" их. Это считалось честью. Соплеменники испытывали к такому человеку уважение и благодарность, а не зависть и неприязнь. Трудолюбие и предприимчивость одного способствует в данном случае общему благу. Неудивительно поэтому, что богатый, с точки зрения индейцев, вождь Белая Голова не располагал большим имуществом,  но племя искренне считало его богатым. Такая концепция богатства коренным образом отличается от той,  которая отождествляет его с обладанием множеством благ, недоступных  другим.