Структура социальных систем

   Любая устоявшаяся система социальных отношений – это одновременно и устоявшаяся система взглядов, которые данная система  воплощает в реальности. Если устоявшиеся взгляды на окружающий мир, частью которых является и отношение к социальному порядку, подвергаются сомнению, под угрозой неизбежно оказывается и сам социальный порядок. Т.Парсонс видел в культуре фундамент стабильности социального порядка. С его точки зрения, "структура  социальных систем, в общем, состоит из институционализированных стандартов нормативной культуры" (Парсонс Т. Функциональна теория изменения// Парсонс Т. О структуре социального действия. М.,2000. С.703.). Поддержание стабильности – основная функция культурной системы, а изменения в культуре, с точки зрения Парсонса, – главный источник обновления социальной системы.

   В социологии существует понятие "легитимация", означающее "узаконивание", "обоснование".  Именно в этом заключается одна из важнейших функций культуры по отношению к сложившемуся социальному порядку в целом и его частным аспектам. Например, убеждение в необходимости создания семьи, понимание семьи как одной из самых важных жизненных ценностей служат фундаментом семьи как социального института.  Индивид, впитывая эти убеждения с детства, стремится к созданию семьи вовсе не для того, чтобы выполнять какие-то важные социальные функции. Создание семьи является для него желанной целью потому, что усвоенная культура формирует его мотивы и ценности, делает желательными для него определенные цели и действия, убеждает в значимости принятых форм поведения.
   Веками семья  представляла собой  основной институт,  отвечающий за воспроизводство общества и в биологическом, и в культурном плане.  Человек, как мужчина, так и женщина, не мыслил себя вне семьи (за исключением тех, кому безбрачие вменялось в обязанность: например, жрицы богини Весты в древнем Риме или христианские монахи). Нерушимость семьи базировалась на фундаменте религиозных верований, святости традиций, а также – на фундаменте социально-экономическом.

   Но в конце ХХ века можно говорить об изменении отношения людей к этому базовому институту. Непрочность современных семей, высокий уровень разводов и нежелание многих людей вступать в брак,  появление новых форм брака – все это проявления культурного кризиса, кризиса легитимации института  семьи. Для значительного числа наших современников семья перестает быть абсолютной ценностью, а её  привычная форма (муж, жена, дети) не кажется единственно возможной и естественной. Доминирование  ценностей потребления  и  самореализации,  личной  свободы,  растущая  индивидуализация жизни влекут за собой нежелание людей взваливать на себя лишние обязательства, ограничивать собственные желания и интересы. Эта ценностная переориентация обусловлена не только предшествующим развитием культуры, но и изменением социальной среды, предъявляющей индивиду новые требования.
   Кризис института семьи начался не сегодня, но еще в эпоху становления современного, индустриального общества. Индустриальное, городское общество требовало от индивида, прежде всего, мобильности. Это привело, в частности, к вытеснению расширенной семьи семьей  нуклеарной. Пока ещё привычная для нас нуклеарная семья и связанное с нею представление о "частной жизни", на самом деле, довольно недавнее "приобретение".
   Изменялась не только форма, изменялись и функции семьи. В индустриальном обществе семья  перестала быть производящей экономической единицей. Она, фактически, утратила важнейшую функцию  передачи социального статуса. Существенно ограничились и её социализирующие функции. Потеря семьей многих её важных функций и способствовала ослаблению ее позиций в обществе,  переоценке  семейных  ценностей.  Возникла  потребность  в  новом смысловом обосновании этого института. На место "идеологии" долга, ответственности, необходимости продолжения рода пришла "идеология" романтической любви как  нового фундамента семейных отношений. Но романтическая любовь – не настолько устойчивая основа для семьи, как религиозное ее санкционирование и  экономические интересы. Прочность семьи в данном случае зависит лишь от субъективных предпочтений, желания или нежелания супругов "быть вместе".
   Другой важной причиной кризиса семьи и семейных ценностей стало все более активное участие  женщин в экономической жизни. Индустриальное и, тем более, постиндустриальное общество вовлекает  женщин в производственную, профессиональную деятельность вне семьи, разрушая экономическую зависимость жены от мужа. Женщина оказалась способной сама содержать себя и детей, хотя это и представляет определенные трудности. Эмансипация женщин, расширение их прав, повышение роли в обществе сопряжено с  пересмотром вековых культурных стереотипов о месте и функциях женщин. Всё это не могло не отразиться на институте семьи, поскольку традиционная семья подразумевала подчиненное и зависимое положение  женщины, что не в последнюю очередь обеспечивало прочность и нерушимость семейного союза.
   Краткий экскурс  в проблематику социологии семьи понадобился нам для того, чтобы показать  взаимозависимость культуры и институционального порядка на конкретном примере. Институт семьи (как и любой другой) базируется на определенных представлениях, ценностях, установках, воплощает их в сфере социальной практики. Однако эти представления и ценности могут меняться под воздействием меняющихся  социальных условий. Изменение представлений, в свою очередь, влечет за собой переформирование  сложившихся социальных структур. "Культурное" и "социальное" находятся в постоянном взаимодействии, при этом не имеет смысла говорить о явном доминировании того или другого аспекта.
   В современном глубоко дифференцированном обществе существует множество социальных институтов. При этом каждый институт имеет собственную систему легитимации, собственную идеологию, которая в чем-то соответствует, а в чем-то противоречит идеологии, на которой базируется деятельность других социальных институтов. В результате, культура современных обществ лишена внутреннего  единства, антиномична. Например, институт религии базируется на ценностях, противоположных ценностям  и нормам, регулирующим экономическое поведение. Церковь проповедует любовь к ближнему, смирение,  отрешенность от земных благ. Экономика принуждает к конкуренции, отстаиванию своих интересов, стремлению к росту уровня жизни. Таким образом, социальная дифференциация подразумевает и дифференциацию культуры: культура современного общества включает в себя относительно автономные системы значений. Религия, наука, политика, экономика, искусство сегодня – это  не только самостоятельные сферы деятельности, но и культурные "системы", обладающие собственными нормами и ценностями. Общее согласие по поводу  существующих ценностей и норм – это, скорее, идеал, чем реальность. Однако, признавая относительную автономию этих сфер, её не следует  абсолютизировать.  Выделенные социальные сферы не является самодостаточными, и могут существовать, лишь взаимодействуя. Это порождает постоянное напряжение  между автономизацией и необходимостью координировать деятельность с правилами, укорененными в иных системах значений. Так, искусство в современных обществах функционирует в рыночной среде. Поэтому только лишь эстетические критерии оценки произведения искусства не достаточны для его признания. Произведение искусства должны быть еще и "товаром", который кто-то готов "купить".  "Чистое искусство" в современном обществе может существовать лишь в виде хобби. Но в таком случае художник должен отказаться от  всяких  претензий на признание. То же самое касается и научной деятельности, которая давно перестала быть бескорыстным поиском истины и превратились в один из видов профессиональной, т.е. оплачиваемой и несвободной, регламентированной деятельности.